31 марта 2022

ИВАН КОРОЛЕВ: Управление ледовой обстановкой – это оперативная работа с серьезной научной базой

В настоящее время происходит активное освоение Арктики – ведется разведочное бурение на шельфе северных морей, увеличивается транспортный поток по Северному морскому пути. В этих условиях особенную актуальность приобретает безопасность судов и морских платформ. А угрожают им не в последнюю очередь опасные ледовые объекты. АО «Институт экологического проектирования и изысканий» предлагает российским компаниям такой уникальный сервис, как управление ледовой обстановкой (УЛО).

Об этом направлении деятельности компании редакции «ГеоИнфо» рассказал финансовый директор АО «ИЭПИ» Иван КОРОЛЕВ.

 

Ред.: Расскажите, пожалуйста, что такое управление ледовой обстановкой и кому требуется данный сервис?

И.К.: В последние годы идет активное освоение Арктики. С одной стороны, нефтегазодобывающие компании ведут разведочное и эксплуатационное бурение на шельфе. С другой – увеличиваются объемы перевозки грузов по Северному Морскому Пути. И для буровых платформ, и для грузовых судов серьезную угрозу представляют ледовые объекты, дрейфующие в северных морях. Именно для предотвращения возможных столкновений, каждое из которых может нанести непоправимый ущерб и технике, и экологии, нами разработан уникальный сервис по управлению ледовой обстановкой (УЛО). Это комплексная услуга, которая включает в себя наблюдение за различными гидрометеорологическими параметрами, спутниковую съёмку акваторий, отслеживание перемещения опасных ледовых объектов и, в случае необходимости, изменение траектории их дрейфа или уничтожение.

 

Ред.: Неужели раньше никто не занимался столь важным вопросом?

И.К.: Раньше не было такой острой потребности в ледовом мониторинге и управлении ледовой обстановкой. Но, конечно, это направление деятельности появилось не вчера.  Многие исследователи посвятили данной проблеме долгие годы своей жизни. Требовалось обеспечение безопасных посадок авиации на лед, обеспечение северного завоза и т.д. Потому в данной тематике есть большой научно-технический задел, созданный учеными Российской академии наук, структурами Росгидромета и других научных учреждений. Однако если раньше эти работы носили больше научный характер, то теперь требуется применение старых и новых знаний на практике. Поэтому и сам термин «Управление ледовой обстановкой» появился сравнительно недавно.

 

 

Ред.: Иными словами, управление ледовой обстановкой это оперативная деятельность, а не научная?

И.К.: Можно сказать и так. Действительно, для того чтобы делать долгосрочные прогнозы, необходим огромный объём информации, нужно иметь большую сеть наблюдательных станций, вести ежегодный мониторинг ледовой обстановки на различных акваториях, собирая базу данных. Однако, к сожалению, этого мало для компаний, ведущих производственную деятельность в северных морях.

Краткосрочные прогнозы, на которых специализируемся мы, требуют иных подходов. Тут важны оперативные данные, получаемые со спутников, с кораблей, с радиомаяков, установленных нами при помощи дронов на потенциально опасных ледовых объектах и т.д. Благодаря именно этим данным мы можем делать краткосрочные прогнозы в рамках задачи по управлению ледовой обстановкой. И тут же, в случае необходимости, предпринимать оперативные меры для предотвращения возможных столкновений, в том числе с привлечением специализированного флота.

 

Ред.: Иными словами, обладая всей полнотой информации и специальными техническими средствами, вы можете воздействовать на ледовую обстановку в конкретном месте?

И.К.: Совершенно верно. Мы можем обнаружить и затем ликвидировать представляющий опасность ледовый объект или же, если это окажется невозможным, заблаговременно предупредить капитана буровой платформы о приближающейся опасности, чтобы он успел безопасно завершить все технологические процессы и уйти от столкновения.

 

Ред.: Опасные ледовые объекты, вероятно, могут достигать огромных размеров. Таких, что ни переместить, ни разрушить их невозможно. Что происходит в таких случаях?

И.К.: Из-за специфики освоения шельфа, работы по разведочному или эксплуатационному бурению в настоящее время в основном ведутся в южной части арктических морей – там, где ледовая обстановка несколько проще. Буровой сезон начинается, когда акватория освобождается от больших ледовых полей, и мы имеем дело с ледовыми полями и ледовыми объектами осязаемых размеров, в том числе и с точки зрения воздействия на них.

 

 

Ред.: Сейчас наша страна находится под достаточно серьезным санкционным давлением, которое продолжает усиливаться. Между тем, спутники, с которых собирается информация, наверняка зарубежные. Вы не опасаетесь сложностей в этой связи?

И.К.: Это сложная тема. Многие данные, особенно материалы коммерческой спутниковой съёмки, которые используются для гражданских нужд, в том числе для научных исследований, мы действительно получаем с зарубежных спутников. Если пофантазировать, что этого источника информации у нас не станет, наверное, потребуется какое-то время для того, чтобы наладить эту работу с российскими поставщиками данных. Дело в том, что в нашей стране большинство таких данных получают и применяют военные, и доступ к ним у гражданских специалистов и ученых пока отсутствует.

При этом я хочу отметить, что мировые научные сообщества – и европейские, и американские – исторически были нацелены на то, чтобы предоставить всем профессионалам бесплатный доступ к метеорологической информации. На базе этих данных проводится много совместных научных исследований, и пользу от этой работы в конечном счете получают все.

 

Ред.: Одно дело дрейфующий ледовый объект в спокойном море. Другое бесконтрольно перемещающийся опасный объект в условиях мощного шторма. Как предотвратить риск столкновения в таких экстремальных условиях?

И.К.: Если говорить про разведочное бурение, то здесь как в любом технологическом процессе есть свои регламентирующие документы, в которых четко прописаны необходимые действия в любой нештатной ситуации. Степень опасности для платформы определяет капитан, он же принимает соответствующее ситуации управленческое решение. Если мы понимаем, что ситуация настолько опасная, что есть угроза буровой платформе, а мы не сможем воздействовать на объект, то, как я уже говорил ранее, требуется перемещение буровой платформы. Всегда есть минимальное время, которое потребуется капитану буровой платформы для завершения производственных работ без угрозы для окружающей среды и безопасности персонала. Это время мы капитану обеспечиваем.

 

Ред.: Расскажите подробнее о том, как ведется работа по УЛО.

И.К.: Управление ледовой обстановкой включает в себя комплекс работ. Прежде всего, проводится общий мониторинг акватории и прибрежной зоны при помощи спутниковой радиолокационной съемки. Полученные данные дополняются гидрометеорологической информацией с сети станций того района, где выполняются работы, а также с находящихся в море судов. Все материалы собираются в разработанной нами в 2017 году информационной системе. Она называется Ice Management System. С ней работают наши ледовые эксперты и аналитики, выявляя потенциально опасные ледовые объекты. 

После этого наши специалисты, работающие на борту судна, с помощью квадрокоптеров устанавливают на опасные ледовые объекты радиомаяки, что позволяет нам уже в онлайн режиме в той же информационной системе наблюдать за перемещением этих опасных объектов и моделировать их дрейф, прогнозируя развитие ситуации.

В случае, если ледовое образование движется в сторону объекта, который мы защищаем, производятся мероприятия по ликвидации опасности. Данные работы выполняются с использованием специализированных судов. Это, в зависимости от акватории работ, может быть судно усиленного ледового класса, аварийно-спасательное или ледокол.

 

 

Ред.: Все эти работы, очевидно, требуют четких действий от всех участников. Значит, должны быть и четки инструкции. Кто, как и когда составляет соответствующие регламенты?

И.К.: При работах на шельфе главным для всех является принцип safety first. Безопасность является абсолютнейшим приоритетом. Однако на каждой буровой платформе, на каждом судне и в офисе у заказчика есть руководители, которые в любой момент времени должны принять правильное управленческое решение. Во всех ситуациях они опираются на регламенты, которые разработаны и внедрены у заказчика. Эти важные документы должны, с одной стороны, обеспечить руководителям базу для принятия верных решений, а с другой – соответствовать и не противоречить федеральным законам, Арктическому полярному кодексу и другим общим документам.

 

Ред.: Вы помогаете заказчикам разрабатывать эту документацию? Ведь, кажется, рядовой специалист и юрист с этой задачей вряд ли справятся.

И.К.: Фактически – да. Как правило, если заказчик планирует выполнять работы на шельфе, требуется большая подготовительная работа, в которой мы обычно участвуем. В том числе это разработка оперативных руководств, планов по управлению ледовой обстановкой и т.д. Это важно, потому что остается много открытых вопросов как по самой процедуре, так и по разграничению ответственности и уже именно оперативному управлению в случае возникновения разного рода нештатных ситуаций. У каждого должностного лица есть свои руководящие документы. При этом нужно, чтобы все действия были согласованы, была правильно выстроена субординация, налажен обмен информацией.

 

Ред.: Последний вопрос. Как много организаций в России оказывает аналогичные услуги?

И.К.: Я не буду говорить, что мы единственные, кто этой проблематикой занимаемся, но мы действительно одни из совсем немногих, кто может и умеет это делать.